Читаем без скачивания А жизнь всего одна, или Кухарки за рулем - Марк Альперович

До дружбы с Геной Сережа не увлекался спортом и был хоть и крепким, но неуклюжим и трусливым мальчиком. Геннадий же увлекался многими видами спорта. Хорошо играл в футбол, волейбол, толкал ядро, катался на коньках. С шестого класса Гена стал посещать секцию бокса, которая была организована при школе. Тренером в ней был известный и уважаемый в городе человек – Борташевич.

Гена убедил Сережу пойти на занятия в секцию бокса. В первый месяц занятий ребятам не разрешали даже одевать перчатки. Тренер в основном делал упор на общее физическое развитие. Со второго месяца стали изучать удар прямой левой и передвижение по рингу. На третьем месяце Борташевич стал приучать ребят к спаррингам, в процессе которых отрабатывался лишь удар прямой левой и защита от него.

В конце третьего месяца занятий тренер объявил ребятам, что в воскресенье в клубе будут проходить первые показательные выступления боксеров секции. Работать можно будет только левой рукой. И разбил ребят на пары.

Сереже достался мальчик по имени Патрик. Он жил в соседнем доме. Сергей был физически сильнее его. Поэтому Сергей был уверен в победе. Но Патрик до прихода к Борташевичу более года занимался боксом в обществе «Химик». Он смотрелся очень красиво: на нем были синие трусики с двумя белыми полосками по бокам и такого же цвета майка, на которой красовалась эмблема «Химик».

Вытянув вперед левую руку, а правой прикрыв подбородок, Сережа пошел в наступление. Но Патрик не принял стойку, которую рекомендовал тренер. Опустив обе руки на уровне груди, наклоняя туловище влево и вправо, он легко уходил от прямых ударов левой, нанося Сереже удары крюком. Вначале Сергей никак не мог понять, почему он пропускает удары Патрика, хотя четко выполнял все рекомендации тренера. Когда же понял, то просто бросился на Патрика, нанося удары обеими руками. Тот не ожидал от Сергея такой прыти и растерялся, пропустив несколько ударов в голову. Тут же вмешался Борташевич и прекратил бой. Этот бой послужил хорошим уроком Сергею. Он понял, что для победы на ринге недостаточно быть физически сильнее противника.

Первое квалификационное соревнование состоялось месяц спустя. Противником Сергея оказался Павел Тупицын, боксер из общества «Металлург». Соревнования проходили в спортзале общества «Химик». Именно там Сергей оказался на настоящем ринге. В зале было много народа. От волнения Сергей вспотел еще до выхода. Вести бой на равных ему удалось лишь первую минуту. Затем он пропустил сильный прямой в лицо. Носом пошла кровь, которая мешала Сереже нормально дышать. Он практически уже не видел противника. А когда понял, что судья не прекратит бой досрочно, Сергей стал думать только о том, как не очутиться в нокауте.

В этот день Сережа должен был выступать по городскому радио с чтением стихотворения Маяковского «Советский паспорт». Людмила, узнав, что Сережа находится в спортзале «Химик», пришла туда, чтобы напомнить ему об этом. Она появилась в тот момент, когда ее сын покидал ринг, проиграв свой первый официальный бой. Его лицо и майка были в крови. Под каждым глазом – выразительные фингалы. Родная мать не узнала своего сына. Ребята, которые провели Люду в зал, от души смеялись над этим.

Вечером, увидя лицо сына, Ефим сделал вид, что ничего не заметил. На эмоциональный рассказ Людмилы о том, что она после боя не узнала своего сына, Ефим ответил, что Сережа теперь наверняка бросит бокс. Но Сергей бокс не бросил.

Геннадий также проиграл свой первый бой.

Друзья провели тщательный анализ своих боев и пришли к выводу, что Борташевич – слабый тренер. Друзья достали книгу Градополова «Бокс» и самостоятельно штудировали ее. Они вместе стали посещать соревнования по боксу, которые проходили в Москве в цирке.

Вскоре секция бокса в школе, которую они посещали, закрылась. Борташевич стал тренировать баскетболистов. Сережа и Гена начали посещать секцию бокса в обществе «Металлург», занятия которой проходили в спортзале школы №2. Секцией руководил бывший призер первенства России в тяжелом весе, а было ему лет под семьдесят. Ребята называли его Васильичем. Он утверждал, что выиграл бой у самого Николая Королева. Ребята заявления своего тренера воспринимали иронически. Но вскоре на занятиях произошел эпизод, который заставил более уважительно относиться к своему престарелому тренеру.

Как-то на занятия пришел двадцатитрехлетний тяжеловес, который ранее несколько лет тренировался в другом городе. Достойных партнеров в секции ему не нашлось и, когда в конце занятий проходили спарринги, он откровенно скучал. В то время было модно перспективным боксерам побеждать своих тренеров. И молодой тяжеловес предложил Васильичу провести с ним трехраундовый бой. Ребята затаили дыхание, а один из лучших в секции боксеров-средневесов возмутился, что молодой «вундеркинд» вызывает на бой старика.

Васильич посмотрел в глаза тяжеловесу и спросил:

– А потянешь три раунда?

– Я-то потяну… А, вот вы?

– А мне три раунда не потребуется, – ответил тренер.

Васильич назначил Геннадия судьей, а Сергея попросил проверить, имеется ли в аптечке нашатырный спирт. И бой начался.

Молодой тяжеловес сразу попытался нанести серию ударов по корпусу, но Васильич принял эти удары на руки. И когда «вундеркинд» начал проводить комбинацию – обманными ударами прямыми в корпус и голову с завершающим крюком правым в голову, Васильич выстрелил правым встречным прямым в голову. Сложилось впечатление, что кто-то сзади с огромной силой дернул молодого тяжеловеса. Он добрых пару метров пролетел по воздуху и рухнул на пол. Васильич даже не взглянул в его сторону, стал снимать перчатки и разматывать бинты на руках. Затем обратился к Сергею, попросив через минуту поднести бесчувственному под нос нашатырный спирт, но не раньше. «Больше мужества и скромности», – учил Васильич своих подопечных.

Сережа боксом увлекся всерьез. Он понял, что бокс – не драка, а игра, в которой побеждают не в последнюю очередь при помощи смекалки. В условиях боя, когда противник обрушивает на тебя град ударов, важно соблюдать хладнокровие, внимательно следить за его действиями, навязывая сопернику свою тактику, уметь держать удар, при этом распределяя силы на все время боя.

…В четвертом классе во время беготни на перемене по школьному коридору Сереже подставили ножку, он упал и сильно разбил голову о постамент вождя. Хлынула кровь. Школьная медсестра кое-как перевязала голову и одного направила Сергея в поликлинику, которая находилась на другом конце города. Обливаясь кровью, Сережа пешком туда добирался. Там новокаина не оказалось, и ему накладывали швы по-живому, при этом он кричал на всю поликлинику. Шла война, и даже врачи не обращали внимания на такую мелочь, как наложение восьми швов на голову десятилетнего мальчика.

Очень рано в Сергее стало зарождаться свободолюбие и гордость. Как-то Ефим наказал Сергея за то, что тот прогулял занятия в школе. Получив серьезную взбучку, Сергей перестал ходить в школу вообще. Людмила писала записки, оправдывая его прогулы болезнью. Когда классный руководитель выяснила, что Сергей здоров и просто прогуливает, она решила посоветоваться с директором школы. Директор решил поговорить с Ефимом лично. Сергей прогулял почти два месяца в третьей четверти, ни по одному из предметов не имел оценок, и уже ставился вопрос об оставлении его на второй год. Во время разговора с Ефимом директор школы убедил его в том, что, несмотря на то, что Сергей панически боится отца, даже это обстоятельство не делает его рабски послушным. При этом он задумчиво произнес: «Может быть, эта черта ребенка является жизненно самой ценной».

На следующий день Ефим уже вместе с Сергеем посетил директора школы. Ефим был необычно мягок, спокоен и терпим. В присутствии директора он сказал:

– Что ж, сын, придется остаться на второй год, но в этом нет ничего страшного, так как на следующий год ты будешь учиться значительно лучше.

– На второй год я не останусь, – твердо заявил Сергей.

Ефим по-своему понял эти слова и уже готов был сорваться, но вовремя сдержал себя.

– Если не останешься на второй год, то чем ты планируешь заниматься? – сквозь зубы процедил Ефим.

– Я догоню, – уверенно сказал Сергей.

– Когда ты догонишь? – с облегчением спросил Ефим. – До конца четверти осталось пятнадцать дней, а ты ни по одному предмету не аттестован.

– Я догоню, – упрямо повторил Сергей. – Ты сам рассказывал, что за пять дней готовился к экзаменам по предметам, которые не изучал в течение семестра.

Ефим удивленно смотрел на сына. На помощь пришел директор.

– Раз Сергей так уверен в собственных силах, дадим ему шанс, но заранее предупреждаю, что никакой поблажки ему не будет.